В далёком 1986 году мне посчастливилось в составе профсоюзной делегации оказаться в Швеции. Именно в эти дни произошло убийство шведского премьер-министра Улофа Пальме. Наши газеты подробно и с особым размахом освещали случившееся. И, приехав в Швецию, во время официальных приемов, я в обязательном порядке рассказывал гостеприимным хозяевам профсоюзного форума, как советские люди глубоко переживали убийство одного из руководителей Швеции, выражал своё личное сочувствие. Переводчик добросовестно переводил, но ожидаемой реакции я не получал — казалось, они не понимают меня. Переводчик, улучив минуту, обратился ко мне: «Разве вы не поняли, что они не знают, кто такой Улоф Пальме?» Увидев моё озадаченное лицо, сам же и ответил: «Они газет не читают, политикой не интересуются, так что не парьтесь. Их занимает только реклама. Абсолютно».

И сегодня, встретив парадоксальное безразличие американского общества на высокопарную безрассудную риторику собственного президента, его лишённые логики и смысла заявления, вспомнился этот случай. Выясняется, шведы не одиноки в своём наплевательском отношении к своей судьбе.

Чтобы убедиться в этом, достаточно обратить внимание на поспешные, непродуманные действия американской стороны за последнее время. По сообщению американского канала CNN: Трамп за два месяца с небольшим 37 раз заявлял о намерении Америки и Ирана подписать мирный договор. То есть примерно через день. В первый день Америка заявляет, во второй — Иран опровергает, на следующий день картина повторяется — и так 37 раз. Здесь меня поражает не поведение президента, а пофигическое отношение к происходящему американского электората. Как я уже отмечал — полная тишина.

А обсуждать должны американцы проект мирного договора, предложенного именно иранцами, а не наоборот. Если внимательнее приглядеться к этому документу из 14 пунктов, то он более напоминает капитуляцию самих Соединённых Штатов Америки. Вот они и изворачиваются, пытаясь смягчить своё падение.

В этом проекте первым пунктом стоит самое злободневное — право Ирана продолжать свою ядерную программу; Иран не берёт на себя новых обязательств, а рамки его мирной ядерной программы остаются неизменными. Что касается «Ормузских ворот», то Иран не принимает новых обязательств по передаче управления проливом. Значит, как руководили иранцы проливом, так и продолжат это делать. Тегеран также требует возмещения ущерба от третьих сторон за урон, нанесённый стране в ходе конфликта. Вот здесь-то и придётся Америке, да и Израилю тоже, попотеть — ведь счёт идёт на миллиарды долларов. А главной целью подписания меморандума является прекращение боевых действий на всех направлениях.

Я выделил лишь некоторые пункты договора, остальные также важны, и Иран не скрывает своего намерения добиваться выполнения противной стороной всех пунктов.

А в этой ситуации что остаётся делать Трампу? Как ему оттянуть неумолимое приближение часа, когда американский народ всё же взорвётся и потребует обстоятельного отчёта за совершённые проступки и сомнительные дела? Вот он и, продолжая вешать лапшу на уши, делает очередное смехотворное заявление о готовности подписать мирный договор именно в день своего рождения. Видимо, рассчитывает, что иранцы сделают ему подарок — смиренно склонят головы и объявят о капитуляции.

А Корпус стражей исламской революции опроверг слухи о скором подписании сделки с Вашингтоном и хладнокровно ответил: «Дата 14 июня, совпадающая с днём рождения Трампа, не имеет под собой реальных оснований».

Говорят, выход там же, где и вход. Вот и думай, господин Трамп, думай!

Мнения, высказываемые в данной рубрике, могут не совпадать с позицией редакции